Пленум по 163 ук рф

Пленум ВС меняет практику по делам о взяточничестве и превышении полномочий

Пленум по 163 ук рф
supcourt.ru

Пленум ВС внес масштабные изменения в свои постановления от 2013 года «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» и «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» от 16 октября 2009 года.

Предметом взяточничества теперь будут признаваться все имущественные выгоды. А посредником в коррупционном преступлении можно стать лишь за организацию переговоров между потенциальным взяточником и взяткодателем. С другой стороны, судам предложено внимательнее изучать законность оперативно-розыскных мероприятий, проводимых в отношении взяточников.

Подробнее читайте на Legal.Report здесь.

Взятка услугами и скидками

«Коррупционные» статьи Уголовного кодекса РФ (290, 291, 204) отныне будут понимать под предметом взяточничества не только деньги или ценные бумаги, но и незаконное оказание услуг имущественного характера и предоставление имущественных прав. Под «оказанием услуг имущественного характера», например, можно понимать предоставление кредита с заниженной процентной ставкой или ремонт квартиры.

Расширение практики использования электронных кошельков («Яндекс.Деньги» или PayPall) подтолкнуло ВС к соответствующим изменениям. Теперь получение незаконного вознаграждения дополнено новым способом — зачисление взятки на электронный кошелек.

Как оконченное преступление будут квалифицировать получение и дачу взятки в случае, когда взяткодатель помещает ценность в заранее оговоренное с взяткополучателем место, добавляет Верховный суд.

Размер взятки будут считать по намерениям

ВС определил считать взятку значительного, крупного или особо крупного размера в случае, даже если коррупционеру не удалось передать полную сумму, то есть лишь за намерение.

«Например, когда взятку в крупном размере предполагалось передать в несколько приемов, а взяткополучатель был задержан после передачи ему первой части взятки, не образующей такой размер, содеянное должно квалифицироваться по пункту “в” части 5 статьи 290 УК РФ», — указывает ВС.

Под умышленным созданием условий для коррупционных преступлений теперь будет пониматься «обещание или предложение передать либо принять незаконное вознаграждение за совершение действий (бездействие) по службе».

Соответственно, такие преступления будут квалифицироваться как приготовление к даче взятки (часть 1 статьи 30 и соответственно части 3–5 статьи 291 УК РФ) или к получению взятки (часть 1 статьи 30 и соответственно части 2–6 статьи 290 УК РФ), а равно к коммерческому подкупу (часть 1 статьи 30 и соответственно части 3–4 или части 7–8 статьи 204 УК РФ).

«Новые» посредники

Посредничеством во взяточничестве или коммерческом подкупе будет признаваться не только непосредственная передача взятки, но и иное способствование коррупционному преступлению (например, организация встречи, ведение переговоров).

«Если согласно договоренности между взяткополучателем либо лицом, принимающим предмет коммерческого подкупа, и посредником деньги и другие ценности, полученные от взяткодателя либо лица, передающего коммерческий подкуп, остаются у посредника, то преступление считается оконченным с момента получения ценностей посредником. В иных случаях посредничество в виде непосредственной передачи взятки или предмета коммерческого подкупа квалифицируется как оконченное преступление при условии фактической передачи хотя бы их части лицу, которому они предназначены», — указывает Верховный суд.

Обещание или предложение посредничества во взяточничестве или коммерческом подкупе считается оконченным преступлением с момента «совершения лицом действий, направленных на доведение до сведения взяткодателя и (или) взяткополучателя информации о своем намерении стать посредником во взяточничестве».

Нет состава преступления

В новой редакции постановления Пленума ВС расширил список статей УК, по которым не образуется состав преступления в случае добровольного сообщения в правоохранительные органы о готовящемся преступлении. К таковым будут относиться части 1–4 статьи 204, статья 291 УК РФ, а также статьи 204 и 291 УК РФ в части передачи предмета коммерческого подкупа или взятки.

«При этом в случае, когда передача имущества, предоставление имущественных прав, оказание услуг имущественного характера производились под контролем с целью задержания с поличным лица, заявившего такие требования, деньги и другие ценности, переданные в качестве взятки или предмета коммерческого подкупа, подлежат возвращению их законному владельцу», — отмечает ВС.

Кроме того, Верховный суд требует проверять законность и обоснованность оперативно-розыскных мероприятий по делам о коррупции — независимо от того, признает ли подсудимый свою вину.

«Результаты оперативно-розыскного мероприятия могут использоваться в доказывании по уголовному делу о коррупционном преступлении, если они получены и переданы органу предварительного расследования или суду в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у лица умысла на получение или дачу взятки либо предмета коммерческого подкупа, а равно на совершение посреднических действий, который сформировался независимо от деятельности сотрудников органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность», — резюмирует ВС.

Проект постановления был принят абсолютным большинством (87 — за, двое воздержались).

Источник: https://zen.yandex.ru/media/legalreport/plenum-vs-meniaet-praktiku-po-delam-o-vziatochnichestve-i-prevyshenii-polnomochii-5e02320a028d6800acfbebc2

Постановление пленума верховного суда о судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений

Пленум по 163 ук рф

Борис Волженкин, профессор юридического факультета СПбГУ, доктор юридических наук.

Федеральный закон от 24 июля 2007 г. внес существенные изменения в признаки состава преступления – хулиганства, а уже 15 ноября 2007 г.

Пленум Верховного Суда РФ принял Постановление, разъясняющее судам некоторые вопросы применения законодательства об уголовной ответственности за хулиганство и иные преступления, совершенные из хулиганских побуждений.

К сожалению, немало предлагаемых Пленумом решений проблем уголовно-правовой квалификации названных преступлений представляется весьма спорными.

На протяжении многих лет наиболее, очевидно, сложным вопросом, возникавшим при применении уголовно-правовой нормы о хулиганстве, являлся вопрос о разграничении хулиганства и смежных преступлений против личности.

Острота этого вопроса еще более возросла после известных изменений, внесенных в ст. 213 УК РФ Федеральными законами от 8 декабря 2003 г. и 24 июля 2007 г.

, и включения хулиганских побуждений, а также мотивов политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды и мотивов ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы в число квалифицирующих признаков деяний, предусмотренных ст. ст. 115 и 116 УК РФ. В нескольких пунктах Постановления от 15 ноября 2007 г. Пленум Верховного Суда РФ обращается к этой проблеме. Какое же предлагается решение?

В п. 1 Постановления указывается, что “при решении вопроса о наличии в действиях подсудимого грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, судам следует учитывать способ, время, место их совершения, а также их интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства.

Такие действия могут быть совершены как в отношении конкретного человека, так и в отношении неопределенного круга лиц. Явное неуважение лица к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним”.

Возвращаясь к этой же проблеме в п. 12 Постановления, Пленум разъясняет, что хулиганство следует отграничивать от других преступлений, в том числе совершенных лицом из хулиганских побуждений, в зависимости от содержания и направленности его умысла, мотива, цели и обстоятельств совершенных им действий. Наконец, в п.

13 Пленум Верховного Суда РФ, подчеркнув, что субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом, указал, что оскорбления, побои, причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести, совершенные в семье, в отношении родственников, знакомых лиц и вызванные личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших и т.п.

, при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 213 УК РФ, должны квалифицироваться по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности.

Специалистам в области уголовного права нетрудно заметить, что, давая эти разъяснения, Пленум Верховного Суда в значительной степени повторил положения, содержавшиеся по этому вопросу в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 октября 1972 г. N 9 “О судебной практике по делам о хулиганстве” (п.

25) и Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 24 декабря 1991 г. N 5 “О судебной практике по делам о хулиганстве” (п. 15). Между тем по сравнению со ст. 206 УК РСФСР 1960 г., в связи с которой давались вышеназванные разъяснения, признаки уголовно наказуемого хулиганства существенно изменились.

Мотив преступления (хулиганские побуждения), который действительно ранее являлся основным признаком, позволявшим судить о направленности умысла виновного лица на нарушение общественного порядка и тем самым позволял разграничивать хулиганство и такие преступления против личности, как побои, причинение легкого и средней тяжести вреда здоровью, уже таковым не является, поскольку этот мотив, равно как мотивы политической, социальной, идеологической, расовой, национальной, религиозной ненависти или вражды, предусмотрен сейчас в квалифицированных составах преступлений против личности. Следовательно, указание Пленума Верховного Суда на мотив соответствующих действий как на критерий, разграничивающий хулиганство и преступления против личности, является ошибочным.

Из разъяснения, содержащегося в п. 13 Постановления, следует, что Пленум Верховного Суда не связывает совершение хулиганства только с хулиганскими побуждениями и другими мотивами, указанными в п. “б” ч. 1 ст.

213 УК РФ, поскольку допускает возможность признания хулиганством действий (оскорбления, побои, причинения вреда здоровью различной степени тяжести), совершенных в семье, в отношении родственников, знакомых лиц и вызванных личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших, если эти действия совершались при наличии признаков преступления, предусмотренного ст. 213 УК РФ. Такими признаками, очевидно, являются грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, если, конечно, при этом применялось оружие или предметы, используемые в качестве оружия. Однако в чем может выражаться при этом нарушение общественного порядка, какое значение имеют способ, время и место совершения соответствующих действий, их интенсивность и продолжительность, постановление не разъясняет.

Пленум, по сути, не разъяснил вопрос об объекте хулиганства, содержании понятия “общественный порядок”.

Совершенно правильно в Постановлении указано, что “явное неуважение к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованных желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним” (п. 1).

Но разве не нарушаются общепризнанные нормы и правила поведения, когда субъект из хулиганских побуждений избивает потерпевшего, причиняет вред его здоровью, применяя при этом оружие или другие предметы, но делает это не в общественном месте и не публично? Тем более что в Постановлении справедливо отмечено: хулиганские действия могут быть совершены не только в отношении неопределенного круга людей, но и в отношении конкретного человека. Если же лицо совершает действия, грубо нарушающие общественный порядок, по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды или вражды в отношении каких-либо социальных групп, то утверждать, что эти действия продиктованы желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним, конечно, нельзя.

Возражения вызывают некоторые конкретные разъяснения Пленума Верховного Суда по вопросам квалификации хулиганства. Так, Пленум утверждает, что состав преступления, предусмотренный ст.

213 УК РФ, не содержит такого признака объективной стороны, как применение насилия (причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести), и поэтому, когда в процессе совершения хулиганства потерпевшему наносятся побои или причиняется вред здоровью, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности соответствующих преступлений (п. 11). На мой взгляд, это утверждение не вытекает из текста закона.

Уголовно наказуемое хулиганство согласно п. “а” ч. 1 действующей редакции ст. 213 УК РФ обязательно совершается с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Оружие – это предметы и приспособления, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели.

Поэтому применение оружия по назначению, равно как и других предметов, использованных в качестве оружия, предполагает физическое и психическое воздействие на потерпевшего, т.е. физическое и психическое насилие. Остается лишь вопрос об объеме насилия, охватываемого нормой, изложенной в ст. 213 УК РФ.

В случаях совершения хулиганства, подпадающего под признаки п. “б” ч. 1 ст.

213 УК РФ, применение оружия и других предметов не является обязательным, однако в течение многих десятилетий существования нормы о хулиганстве обоснованно считалось, что грубость нарушения общественного порядка в первую очередь определяется тем, что оно (нарушение) было связано с проявлением насилия.

Неудачно, полагаю, разъяснено понятие “применение оружия или других предметов, используемых в качестве оружия”.

Пленум понимает под этим “умышленные действия, направленные на использование лицом указанных предметов как для физического, так и для психического воздействия на потерпевшего, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством этого оружия или предметов, используемых в качестве оружия” (п. 2).

Однако “действия, направленные на использование”, – это еще не использование этих предметов, не их применение. Равно как “действия, свидетельствующие о НАМЕРЕНИИ ПРИМЕНИТЬ” (выделено мной. – Б.В.) оружие и другие предметы, никак не могут считаться их применением, о котором говорит закон.

В п. 4 Постановления разъяснено, что применение в ходе совершения хулиганства незаряженного, неисправного, непригодного оружия (например, учебного) либо декоративного, сувенирного оружия, оружия-игрушки и т.п. дает основание для квалификации содеянного по п. “а” ч. 1 ст. 213 УК РФ.

Но ведь в этих случаях нет оружия как предмета, предназначенного для поражения живой или иной цели, равно как нет и иного предмета, используемого в качестве оружия, т.е. для поражения цели.

Конечно, демонстрация подобных предметов способна оказать устрашающее воздействие, но объективно использовать в качестве оружия данные предметы, как правило, невозможно.

Применение оружия или других предметов, используемых в качестве оружия, уголовный закон рассматривает как квалифицирующее обстоятельство разбоя (ч. 2 ст. 162 УК РФ). В Постановлении от 27 декабря 2002 г.

N 29 “О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое” Пленум Верховного Суда РФ указал, что, если лицо угрожало заведомо негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия, например, макетом пистолета, игрушечным кинжалом и т.п.

, не намереваясь использовать эти предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни или здоровья, его действия следует квалифицировать как разбой, но без вменения квалифицирующего признака “с применением оружия или других предметов, используемых в качестве оружия” либо как грабеж, если потерпевший понимал, что ему угрожают негодным или незаряженным оружием или имитацией оружия (п. 23). Почему же применительно к составу хулиганства предлагается прямо противоположная трактовка применения оружия или иных предметов?

Сомнение вызывает предлагаемое в Постановлении решение о квалификации хулиганских действий, связанных с сопротивлением представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка (п. 9).

Пленум заключил, что сопротивление представителю власти, о котором говорится в ч. 2 ст. 213 УК РФ, не охватывает насилия, не опасного для жизни и здоровья представителя власти, и предложил квалифицировать содеянное по ч. 2 ст. 213 УК РФ и ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Между тем при таком решении происходит “удвоение ответственности”, что нарушает принцип справедливости.

Характерно, что, когда сопротивление оказывается иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, и последнему наносятся побои или причиняется легкий вред здоровью, Пленум не настаивает на необходимости квалификации этих действий по совокупности ч. 2 ст. 213 и ст. ст. 116 или 115 УК РФ.

Неясно в Постановлении изложен вопрос о разграничении вандализма, совершенного по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (ч. 2 ст.

214 УК РФ), и хулиганства, совершенного по тем же мотивам (п. “б” ч. 1 ст. 213 УК РФ). В п.

15 Постановления подчеркивается, что “при вандализме нарушается не только общественный порядок, но и причиняется вред имуществу путем осквернения зданий и иных сооружений, порчи имущества на транспорте или в иных общественных местах. В тех случаях, когда наряду с вандализмом (ст.

214 УК РФ) лицо совершает хулиганство, ответственность за которое предусмотрена статьей 213 УК РФ, содеянное следует квалифицировать по совокупности названных статей Уголовного кодекса РФ”. Но ведь хулиганство, как грубое нарушение общественного порядка, совершенное по мотивам, названным в п. “б” ч.

1 ст. 213 УК РФ, вполне может выражаться в причинении вреда имуществу, осквернении зданий и прочих действиях, упоминаемых в ст. 214 УК РФ. Почему же Пленум предлагает оценивать эти действия как менее опасное преступление и квалифицировать по ст. 214 УК РФ?

Подводя итог, можно сказать, что спорность целого ряда рекомендаций, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда “О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений”, не столько вина Пленума Верховного Суда РФ, сколько наша общая беда, заключающаяся в несовершенстве законодательства, регламентирующего затрагиваемые в Постановлении Пленума вопросы.

Поспешные, непродуманные, принимаемые иногда из конъюнктурных соображений законодательные решения вопросов ответственности за деяния, совершаемые из хулиганских побуждений, привели к тому, что и теоретики, и практики еще больше запутались в понимании признаков уголовно наказуемого хулиганства и критериев разграничения его от смежных преступлений. К сожалению, анализируемое Постановление Пленума, преследовавшее цель обеспечения правильного и единообразного применения законодательства об уголовной ответственности за хулиганство и иные преступлений, совершенные из хулиганских побуждений, цели этой не достигло.

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/34057-postanovlenie-plenuma-verkhovnogo-suda-sudebnoj-praktike-ugolovnym

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.